Определение глобализации экономики – одна из наиболее дискуссионных сфер курсов макроэкономики. Совершенно очевидно, что глобализация включает в себя интеграцию национальных экономик в единый мировой рынок, создание системы международного разделения труда и условий для максимально свободного движения товаров, капиталов и услуг. Однако на этом сходство подходов к этому термину в разных политэкономических школах и заканчивается. Постараемся максимально нейтрально рассмотреть историю глобализации и роль СМИ в ней.

Отметим наиболее важные составляющие глобализации. Во-первых, наиболее важной составляющей глобализации является развитая международная торговля – прежде всего, морская. Во-вторых, глобализация невозможна без движения не только товаров, но и капиталов. В-третьих, важнейшим фактором глобализации являются потоки информации. Ни один корабль, ни сто, ни даже тысяча кораблей не смогут породить глобализацию. Только десятки тысяч регулярных перевозок могут стать основой для глобализации. Но вести торговлю в таких объемах возможно лишь в случае наличия оперативных информационных каналов. Именно поэтому информационная составляющая является непременным условием глобализации. И СМИ, как элемент информационной системы, играет в глобализации очень важную роль. Но роль эта очень сильно видоизменяется в зависимости от ряда условий. И ниже мы коснемся этих условий.

В человеческой истории уже был период ограниченной глобализации - глобализации Средиземного моря. Это время императорского Рима, когда произошла строгая детализация производства в разных провинциях империи, и объемы морской торговли достигли небывалых высот. По различным оценкам, лишь после падения империи Наполеона и стремительного развития экономики в первой четверти Девятнадцатого века торговля на Средиземном море достигла объемов Римской империи.

В силу того, что бассейн Средиземного моря не слишком велик, а в рамках Римской империи была очень четко разработана система логистики, в том числе информационной, глобализация времен античности работала эффективно, но обладала невысокой надежностью к кризисам. Ослабление Римской империи нанесло этой местной глобализации непоправимый удар.

Нельзя сказать, что Европа в период после Высокого Средневековья была уж совсем разобщена. Характерная деталь: когда произошла «Революция серебра» (на рынок в течение многих лет выбрасывалось серебро, полученное испанским двором из Америки), то рост цен более цен в 2,5 раза коснулся не только Испании, как поставщика серебра на европейский рынок, а в целом всего европейского рынка. Такая своеобразная реализация принципов глобализации. Но это был совершенно уникальный фактор, временного характера – южноамериканское серебро кончилось.

О полноценной глобализации стало возможным говорить только во второй половине Девятнадцатого века. Очень важная деталь: это была либеральная глобализация, построенная на европоцентризме, и действующая в рамках больших колониальных империй: Английской, Французской, Бельгийской, Голландской, а после Франко-прусской войны и Германской. На рубеже веков в это сообщество врываются США и Японская империя. В какой-то мере и Российская империя принимает участие в этой глобализации, даже невзирая на крайне неудачную войну с Японией.

В этот период Европа выступает в роли главной мастерской всего Земного шара (со временем к Европе подключаются США, Канада, Австралия, Япония и Россия), а весь остальной мир выступает в роли поставщика сырья и потребителя товаров ведущих стран.

Одним из важнейших элементов либеральной глобализации тех лет выступали печатные СМИ. Во всех ведущих странах газеты обретают к концу Девятнадцатого века силу, с которой вынуждены считаться правительства и капиталы. В этот период главную роль среди СМИ играют британские газеты и в целом британская пресса. Переломными здесь следовало бы считать годы Крымской войны. Именно тогда репортажи «Таймс» становятся важнейшим фактором политической жизни Британской империи. Они влияют на политическую повестку дня, газетные статьи начинают играть полноправную роль в политике.

Надо отметить, что империи тех лет, даже Французская и Германская, - это «дешевые» Правительства. Бюрократия в этих империях сравнительно невелика. Особенно это касается англосаксонских стран: Британии, США, Канада, Австралия. В этих условиях газеты, имеющие отделения во множестве государств и континентов, в больших и малых городах, становятся главным источниками информации не только для обычных подданных, но и для Правительств. И газеты активно играют роль локомотивов глобализации: именно газеты финансируют исследовательские проекты в Африке, Азии, Америке. Знаменитый роман Конан Дойля «Затерянный мир» – типичный пример для тех лет, когда богатая газета финансирует грандиозный исследовательский проект. И надо отметить важный аспект существования СМИ тех лет: газеты стоят сравнительно дорого, а основной капитал газет зиждется прежде всего на плате читателей за газету.

Во всех развитых странах тех лет, газеты – это мощные информационные гиганты, которые имели разветвленные сети информации, во много раз превосходящие правительственные структуры.

Надо отметить, что газеты в то время не только информировали. Они были главными защитниками цивилизации, отстаивая интересы обычного человека. Например, именно СМИ стали главными инициаторами отмены произвола в африканских владениях бельгийского короля, обвинив его публично в геноциде.

Либеральная глобализация стремительно развивала информационные технологии. Если в начале этой эпохи информация добиралась на кораблях, то очень скоро телеграф, а потом телефон напрямую соединили самые отдаленные части мира.

Первая мировая война (The Great War) коренным образом поменяла ситуация в мире. Не случайно многие философы рассматривали эту войну как конец европейской цивилизации. Конечно не война стала, по мнению многих философов «концом европейской истории», она лишь ускорила этот процесс и поставила заключительную точку. На самом деле литераторы и философы с конца XIX века ощущают распад той структуры общества, формировавшегося в Европе на протяжении X-XIX веков. Можно, например, вспомнить Фридриха Ницше и А́вгуста Стри́ндберга. Но кровавая бездна войны, причем воспринимая всеми, как бессмысленная, казалось была призвана, чтобы кровавым цунами смыть все достижения Европы.

Популярные статьи сейчас

Украинцы могут выходить на пенсию с 45 лет

В Украине ухудшится погода: похолодание, дожди и сильный ветер

Переводим часы: когда украинцы перейдут на зимнее время

Зеленский впервые прокомментировал скандал с офшорами

Показать еще

Война закончилась не только кровавой победой, но распадом единства довоенного мира. Именно после The Great War пояаляются различные системы пограничного контроля, разъединив некогда единый мир границами и визами. В ходе войны роль правительств стала стремительно расти, даже в Британии, США и Канаде. Если до Великой войны правительства опирались на информацию общества и СМИ, то теперь правительства даже самых «либеральных» стран создают свою информационную структуру, независимую от общества и СМИ. И окончание войны не изменило эту тенденцию: послевоенные правительства стали играть гораздо большую роль, и уже не общество и СМИ определяло повестку дня, а правительство. Особенно это было характерно для европейских стран.

Границы, паспорта, визы, таможни – после войны росли как грибы. Каждая из стран замыкается в своих рамках, и, хотя, Английская, Французская, Бельгийская и Голландские империи сохраняют свое экономическое значение после The Great War, говорить о глобализации 20-х-30-х годов вряд ли возможно. Да, американский кризис 24 октября 1929 года ударил не только по США, а отразился на всех фондовых биржах мира. Он потряс экономики практически всех развитых стран. Это было связано с тем, что после The Great War США оставались единственным не пострадавшим от войны рынком, и многие инвесторы пытались таким образом сохранить свои инвестиции. Инвестиционный крах США конца 20-х затронул весь мир. Но сам уровень глобализации был все равно в это время крайне низок. Одновременно это был период стремительного роста бюрократизации крупных европейских стран, значительного роста вмешательства Правительства в экономику, роста влияния профсоюзов, войны запретительных тарифов, ограничения миграции рабочих рук и т.д.

Принципиально стоит отметить идеологическую (философскую) составляющую новой реальности. Итогом Первой мировой войны, чудовищных потерь и ужасов газовых атак, стало тотальное разочарование западной элиты в европоцентризме. Именно после Первой мировой войны зарождается идея постмодернизма, ставшая впоследствии основой новой, социалистической (бюрократической) глобализации. В европейских странах публику охватывает тотальная страсть к исламу и буддизму, идет первая волна тотального разочарования в христианстве и развал традиционных консервативных ценностей. Повальное увлечение фашизмом, нацизмом и коммунизмом – прямое следствие идеологического краха европейского общества после The Great War.

Следовало бы отметить очень важную составляющую этой эпохи. В период между войнами, в Европе начинается отказ от традиционного права неприкосновенности частной собственности. Здесь надо обратить внимание на судебные процессы, в которых принимает участие СССР в 20-е годы.

Большевики, придя к власти в России, произвели тотальный грабеж и национализацию всех ценностей: как государственных, так и личных. Отбиралась собственность как подданных Российской и империи, так и иностранцев. После окончания Гражданской войны и выхода СССР на международную арену большевики стали продавать в Европе захваченные ценности, предмета антиквариата и прочее награбленное имущество, с целью финансирования и перевооружения армии, и подрывной деятельности в странах Европы, и исходя из других целей. Опираясь на право частной собственности, несколько чудом выживших бывших владельцев драгоценностей и предметов искусства подали иски в суды Лондона, Парижа, других европейских столиц. Несомненно, прецедентом явились судебные процессы в Лондоне, которые признали законным собственником имущества большевиков, ограбивших прежних владельцев. Это решение послужило основой последующего ограбления евреев нацистами, а затем, уже после Второй мировой войны, этими решениями оправдывались национализации имущества в государствах третьего мира. По сути говоря, эти решения имели чрезвычайно большое значение для итогов будущей глобализации.

Принципиально изменилась и картина в СМИ. Внешне это период стремительного роста влияния радио. Радиостанции захватывают мир, меняя роль и значение глобальных СМИ. Однако при этом наблюдается очень важный перелом в положении СМИ. Если довоенные газеты существовали прежде всего на деньги читателей, то 20-30-е годы - это время перехода на существование СМИ на деньги рекламодателей. Причем не только радио, которое объективно могло жить только за счет рекламы, но и появление большого числа скандальных печатных изданий, которые ориентировались на массового читателя (не интересующегося глубиной осмысления проблем, а реагирующего на скандал). Причем не только радио, которое объективно могло жить только за счет рекламы, но и появление большого числа скандальных печатных изданий, которые ориентировались на массового читателя (не интересующегося глубиной осмысления проблем, а реагирующего на скандал). Дешевые массовые газеты, которые, в принципе, не могут жить за счет тех, кто покупает их. Такое издание работает прежде всего на рекламодателя. Тиражи изданий стремительно выросли, но содержание газет сильно уступало довоенному.

Следовало бы также отметить еще одно «новшество» в СМИ. Обычным явлением в европейских странах становятся «партийные» СМИ, являющиеся не информационными изданиями, а пропагандистскими.

(Продолжение следует)

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook, на страницу Хвилі в Instagram