Швейцарский трейдер Proton Energy Group S.A. намерен прекратить отгрузку дизельного топлива украинским потребителям — такая новость появилась в украинских СМИ 15 марта. Речь идёт о разрыве контрактов на поставку до 1,7 млн тонн дизельного топлива производства «Роснефти». Это около 23% украинского рынка.

Учитывая, историю выхода Proton Energy на украинский рынок, данный факт можно назвать попыткой ответного хода на санкции в отношении телеканалов, контролируемых Виктором Медведчуком. Время выбрано удачно — сезонный пик потребления топлива. С другой стороны, возможный кризис на рынке вновь актуализирует вопросы обеспечения топливной безопасности страны.

Почему это проблема

Украина зависит от импорта моторного топлива, поскольку собственные производственные мощности не покрывают даже 50% от потребностей. Основные источники поставок (производители, а не место регистрации посредника) — Беларусь, РФ, Литва, Румыния и Польша[1]. При этом на первых двух приходится от 65 до 80% объёмов импорта, в зависимости от вида нефтепродуктов.

По состоянию на 2020 год структура рынка дизтоплива в Украине следующая:

общее потребление — 7,39 млн тонн.

Из этого объёма:

  • в Украине изготовлено 1,129 млн тонн (в основном на заводе «Укртатнафта»). Это 15,3% рынка
  • Импорт из России 2,616 млн тонн либо 35,4%. Из этого количества 1,7 млн тонн обеспечено поставками Proton Energy.
  • Беларуские поставки 2,22 млн тонн или 30% рынка.
  • Литва (завод Орлен в Мажейкае) 621 тысят тонн или 8,3% от рынка
  • На всех остальных (включая морские поставки) приходится менее 15%

Стоит отметить, что потребление дизельного топлива в 2020 году выросло благодаря достаточно масштабному дорожному (и не только) строительству. Большегрузные автомобили, асфальтоукладчики и другая техника работают именно на «соляре».

При этом есть сезонные пики потребления: с марта по май и с июля по конец сентября. В это время растёт рост спроса на топливо со стороны аграриев.

Именно на этот период — сезонного роста потребления — и приходится анонсированное Proton Energy прекращение поставок российского топлива. С рынка исчезает 23% объёмов предложения. Такой дефицит может привести к росту цен, что сразу скажется на сельхозпроизводителях и ударит по сакральной для Зеленского программе «Большая стройка».

Теоретически, государство может подстраховаться с других направлений. Либо использовать запасы государственного резерва. В реальности не всё так просто. У основных поставщиков есть свои проблемы, а госрезерва топлива в Украине нет. То есть не существует. Почему так — в кратком историческом очерке ниже.

Можно ли было подстраховаться или история формирования рынка

Украинский рынок дизельного топлива существенно вырос за последние пять лет. Если в 2015-м потребление составило 5,45 млн тонн, то в 2020 уже 7,39 млн тонн.

Основные поставщики не изменились — традиционными торговыми партнёрами Украины были Беларусь, Россия, Литва, небольшая доля принадлежала Польше и Румынии. Последовательность именно такая. Официальный Минск долгое время был лидером поставок. До 2018 года. Кризис с «грязной нефтью» в нефтепроводе Дружба и последовавшие за ним «нефтяные войны» 2019-2020 года обвалили поставки от Лукашенко с показателей 45-55% рынка до сегодняшних 30%.

Популярные статьи сейчас

В ЦРУ допустили, что может последовать за перебросом войск РФ к границе Украины

Пайфер сказал, чем грозит России открытая война с Украиной

США предложили место для встречи Байдена и Путина

Локдаун в Киеве продлили

Показать еще

Стоит так же напомнить схемы 2018-19 годов, когда трейдеры, не согласные работать со структурами Медведчука, нашли выход поставок топлива на украинский рынок через Беларусь. Объёмы впечатляли — до 2 млн тонн (по всем видам топлива). Закончилось это прямым запретом экспорта нефтепродуктов из РФ в Беларусь[2]. Запрет, естественно, не касался использования транзитного коридора для нужных фирм. В частности, продуктопровода «Самара-Западное направление», украинская ветка которого (ПрикарпатЗападТранс) к 2017 году перешла в собственность людей, которых связывают с тем же Медведчуком. Эта схема расцвела в 2018-19 годах, когда объёмы поставок дизельного топлива «по трубе» превысили 2 млн тонн. Среди потребителей было и Министерство обороны Украины[3]. Думаю, не стоит напоминать, что практически всё ДТ в «трубе» было изготовлено на заводах «Роснефти».

В конце 2019 года близкий к Лукашенко бизнесмен Николай Воробей выкупил 51% акций продуктопровода. Возможно, это был компромисс между Минском и Москвой — Кремль был категорически против контрабандных схем без участия «его людей». Воробей стал компромиссной фигурой как человек, близкий и к Лукашенко, и к Медведчуку.

Таким образом, к 2020 году доля российского дизельного топлива на украинском рынке выросла и превысила 35%. Большая часть объёмов поставлялась структурами, которые связывали с Виктором Медведчуком.

А что собственное производство? В Украине есть Кременчугский НПЗ (завод «Укрнафты»), контролируемый Игорем Коломойским. Предприятие имеет заявленные мощности в 18,6 млн тонн сырой нефти. Однако, реальные объёмы выпуска несколько меньшие. Среди одной из причин можно назвать постепенное устаревание оборудования — масштабной реконструкции предприятия не проходило как минимум 10 лет. Стоит отметить, что Кременчуг в 2020 увеличил производство дизельного топлива до 1,057 млн тонн. Но это произошло, с одной стороны, за счёт увеличения объёмов переработки сырья, с другой - за счёт уменьшения объёмов выпуска других типов продукции. Структуры Игоря Коломойского активно выступают за ограничение импорта (установку заградительных пошлин и т. д.), рассчитывая на увеличение розничных цен и, как следствие прибыльности бизнеса. При этом мощностей завода не хватит для закрытия потребностей страны в дизельном топливе.

Остаётся вопрос с резервом. Тем более, что согласно договору об ассоциации с ЕС и принятыми Украиной на себя обязательствами по директиве 2009/119/ЕС, в стране должен быть создан запас нефтепродуктов в размере 2 млн тонн нефтяного эквивалента. Таких объёмов хватило бы на покрытие дефицита на протяжении нескольких месяцев — до тех пор, пока не решится вопрос с увеличением импортных поставок.

На бумаге выглядит прекрасно. Реальная ситуация плачевна. Впервые тема была поднята в 2015 году. Даже разрабатывались модели, готовился профильный закон. В ноябре 2016-го Государственное агентство резерва Украины даже создало модель запуска программы[4]. Но 2017 год прошёл по другому сценарию. Но 2017 год прошёл по другому сценарию. В этот период начались проверки со стороны СБУ трейдеров, импортировавших топливо из РФ. Логично — торговля с государством агрессором является «хлопотным дельцем». Но, по удивительному стечению обстоятельств, после проверок на рынке остались либо структуры, которые связывали с Медведчуком, либо компании, которые покупали у них топливо и импортировали самостоятельно.

Второй прорыв — удивительно быстрое завершение судебной тяжбы о праве собственности на продуктопровод «ПрикарпатЗападТранс», которая тянулась с 1995 года. Российская Транснефть получила право распоряжаться активом и быстро его продала структурам, которые тоже связывали с Виктором Медведчуком. Просто удивительное совпадение. Или, предвзятое отношение журналистов, пытающихся найти интересы кума Путина в новых игроках на рынке нефтепродуктов Украины.

При чём тут госрезерв? В этот же период о создании запаса нефтепродуктов говорить перестали. Забавно, ведь на реализацию такого проекта можно было найти финансирование: часть предлагалось покрыть за счёт помощи ЕС, часть готовы были прокредитовать ЕБРР и Всемирный Банк.

О создании резерва вспомнили только в апреле 2019, перед вторым туром президентских выборов[5]. И, наконец, в июне 2020 напомнили, что это «вроде как обязательство страны перед ЕС»[6]. Как вы догадались, госрезерв до сих пор так и не создан.

Варианты развития кризиса или на что рассчитывает Медведчук

Заявление Proton Energy Group S.A. о прекращении отгрузок с 1 апреля 2020 года заставит участников рынка искать альтернативу топливу от «Роснефти». При этом вариант загрузки новыми объёмами продуктопровода «ПрикарпатЗападТранс» вряд ли возможен.

  • Во-первых, Николаю Воробью (как формальному владельцу продуктопровода) Россия не предоставит дополнительных объёмов — ведь есть другой, более важный партнёр и украинский политик в одном лице.
  • Во-вторых, Воробей (и, как следствие, его активы) сам находится под санкционным давлением в связи с событиями в Беларуси. Это один из немногих эпизодов, когда европейские санкции накрыли нужную персону. Большинство остальных фигурантов списков 2020 года сложно назвать даже «выстрелом в молоко».

Остаётся искать другие варианты: как среди традиционных поставщиков, так и привлекать новых игроков.

Первая и логичная идея, учитывая европейский политический вектор Украины — обратиться к партнёрам из стран ЕС. Действительно, НПЗ Литвы (Orlen), Польши и Румынии могут дать дополнительную продукцию. Вопрос лишь во объёмах. Их суммарные поставки в 2021 могут возрасти на 3000-350 тысяч тонн из «выпадающих» 1,7 млн. Лучше, чем ничто, но всё же мало.

Второй традиционный поставщик — Беларусь. Страна теоретически может покрыть весь объём дефицита, но на практике не всё так просто. Лукашенко с радостью готов «достать калькулятор», поскольку для беларуской нефтепереработки украинский рынок является премиальным. И увеличение поставок можно ожидать. Но есть потолок в виде количества сырья, поступающего на беларуские НПЗ. Россия на фоне политического кризиса продавила более жёсткий график поставок нефти на переработку, чем существенно ограничила возможности манёвра Беларуси. Тем не менее, рассчитывать на дополнительные 800-850 тысяч тонн можно.

Третий вариант — давальческие схемы. То есть Украина (украинские компании) покупают нефть и отправляют её на переработку на свои либо иностранные НПЗ. Тут вариантов не так много — Румыния, Литва и Польша суммарно (на давальческом сырье) могут добавить ещё до 250 тыс тонн к балансу. И вновь беларуское направление — подача нефти на мозырьский НПЗ, используя нефтепровод Одесса-Броды. Перекачка малых партий не слишком выгодна, но в 2021 году возможность использования трубы реальна - есть работающий контракт на прокачку азербайджанской нефти (1 млн тонн в 2021 году) в Мозырь по контракту между БНК и Socarn . Вопрос в допуске «в трубу» небольших трейдеров со своими объёмами и в переговорах с официальным Минском о возможности такой схемы.

Украинский производитель в лице бизнес-империи Игоря Коломойского тоже может попытаться нарастить объёмы. Но сам олигарх находится под санкциями США. И, как следствие, его компании несколько ограничены в выборе поставщиков. Второй аспект — техническое состояние Кременчугского НПЗ вызывает сомнения в возможности выпуска дополнительно хотя бы 1 млн тонн дизельного топлива без потери качества.

Однако, все эти схемы компенсации дефицита требуют времени. Топливо необходимо сегодня. Хочешь купить больше и быстрее — придётся заплатить дополнительно.

Таким образом, Медведчук рассчитывает на рост цен на рынке дизельного топлива, который ударит, в первую очередь по аграриям и президентской программе «большая стройка». Дополнительный аспект — кошельки рядовых украинцев, которые почувствуют подорожание «солярки» как заправляя личные авто, так и покупая товары в магазинах (они туда не по воздуху доставляются).

Получаем новую линию давления на власть со стороны агробаронов. Информационно тема будет подхвачена телеканалами Петра Порошенко (что естественно, учитывая политическую борьбу) и «Плюсами» Игоря Коломойского. Последний будет преследовать сразу две цели — восстановить своё влияние в окружении Зеленского и решить вопрос с претензиями к его бизнесу. В идеале — получить государственные деньги на развитие собственной нефтепереработки.

Складывается неприятная для Зеленского ситуация атаки сразу с нескольких сторон и создания линии противостояния с аграрным лобби. Выход — найти топливо быстро и дёшево. Вот на этом этапе будет маячить фигура Медведчука, который «за небольшие политические уступки» будет готов «залить» украинский рынок соляркой от «Роснефти».

Пять необходимых шагов для страны

Украинской власти придётся действовать быстро. И тут вопрос не только и не столько реакции участников рынка — дефицит топлива вечным не будет, поставщиков найти можно — сколько формирования условий, при которых «топливный шантаж» в будущем невозможен.

На мой взгляд, есть несколько ключевых направлений, по которым стоит работать. Парадокс ситуации в том, что все они были озвучены ранее, и не раз. Но надежда на «якось воно буде», помноженная на договорняки с «нужными людьми» поставила страну в уязвимое положение. Итак, пять возможных шагов для украинской власти, которые могут привести к изменению ситуации, по сути, уже в 2022 году.

  1. Госрезерв. Украина обязана (!) создать государственный резерв нефтепродуктов к 2023 году. Работы ещё не начинались. Более того, в стране нет достаточных мощностей для хранения таких объёмов топлива. Зато есть возможность привлечь средства ЕС, ВБ, ЕБРР и инвестиционные деньги в их постройку. Власть говорила про необходимость создания новых рабочих мест — вот оно, одно из направлений. К тому же такая стройка увеличит внутренний спрос на металл, цемент, промышленное оборудование (хранение — это не просто «бочка в земле»). Начав работы в 2021, к концу 2022 можно создать инфраструктуру и решить вопрос с покупкой продукции для резерва.
  2. Искать сырьё и варианты переработки. Украинский институт Будущего в докладах по Донбассу, по политике в отношении США не раз подчёркивал необходимость «игры на интересах». Сбыт продукции американских нефтедобывающих компаний является одним из таких интересов. Покупка сырой нефти и переработка по давальческой схеме на НПЗ соседних государств на первых порах. Польша, Румыния, Литва, та же Беларусь с использованием маршрута поставки нефти Одесса-Броды-Нефтепровод Дружба.
  3. Международный консорциум по покупке нефти. Об этом я писал в период кризиса с «грязной нефтью в Дружбе». Суть в том, что несколько компаний региона объединяются для совместной покупки сырья. Больше объёмы покупки позволяют получить меньшие цены в расчёте на баррель. И новую, независимую от России схему поставки сырой нефти в регион. Это уже не только экономический, но и политический результат. Если Украина станет инициатором подобного проекта, она сможет получить дополнительные «очки к субъектности». И, среди прочего, долю влияния на соседние государства.
  4. Привлечение инвестора для постройки НПЗ. Учитывая разговоры о «конце эпохи нефти», это будет непростой задачей. Но выполнимой, в случае гарантирования налоговых или иных льгот. Есть место для работы института «инвестняни». Если уж президент заявил, что такие няньки существуют, пусть демонстрируют свою работу.
  5. Думать над оптимизацией потребления. В первую очередь речь идёт о коммунальном транспорте. Тут подход комплексный. С одной стороны, упорядочивание рынка электроэнергии, с другой инвестиции в городскую инфраструктуру.

Ничего сверх ординарного в изложенных идеях нет. Вопрос в анализе, планирование, расчётах. То есть их осмыслению. И как на этом не привести фразу президента Зеленского периода предвыборной кампании: «Думай.. Те»


[1] https://consulting.a95.ua/press-center/2021/01/14/rynok-diztopliva-v-2020-g-obnovil-rekord-a-95.html

[2] https://www.bbc.com/russian/features-45603378

[3] http://www.nefterynok.info/novosti/minoborony-zakupit-u-prikarpatzapadtransa-284-tys-t-rossiyskogo-dt-evro-3

[4] http://www.gosrezerv.gov.ua/reserv/control/uk/publish/article;jsessionid=71B3C5315A9521AE70A99F30672B5228.app1?art_id=167780&cat_id=158724

[5] https://interfax.com.ua/news/economic/579122.html

[6] https://agropolit.com/news/16944-ukrayina-maye-stvoriti-stabilizatsiyniy-naftoviy-rezerv-do-2023-roku--proekt-modeli