Одним из топовых событий января этого года станет инаугурация нового президента США. Больше месяца понадобилось, чтобы в Штатах более-менее успокоились страсти по поводу выборов президента.

Иски Трампа в Верховный суд США провалились, местные суды в штатах их отклонили, а результаты выборов были успешно утверждены и сертифицированы. Решение Коллегии выборщиков 14 декабря забила последний гвоздь в крышку гроба попыток Трампа оспорить результаты голосования. Так что, сомневаться не приходится — Джо Байден станет следующим президентом.

В связи с этим, я наконец хочу подвести некоторые итоги самих выборов, и очертить контуры будущей политики Джо Байдена, которая будет влиять и на Украину. Начну с самой избирательной кампании.

Американские горки-2020: самое интересное

В целом, выборы президента в США были очень похожими на выборы 2016 года. Оба кандидата с лёгкостью взяли свои традиционные электоральные бастионы. Решающими, как и ожидалось, стали колеблющиеся штаты Висконсин, Мичиган, Пенсильвания, Невада, а также переметнувшиеся к демократам штаты Аризона и Джорджия.

Среди особенностей выборов в этом году, я бы выделил следующие заинтересовавшие меня процессы:

  1. Беспрецедентно высокая явка на выборах (67%) сыграла на руку Джо Байдену. Почти в каждом колеблющемся штате пришло голосовать плюс-минус на один миллион избирателей больше, чем в 2016 году, причём в основном — сторонников демократов. Это дало Байдену возможность превзойти результат Хиллари Клинтон практически в каждом округе, что существенно изменило баланс сил в его пользу, учитывая минимальный отрыв от своего соперника. К примеру, в штате Джорджия решающий силой выступили местные афроамериканцы из пригородов (25% населения), а в штате Аризона — возросшая за последние годы испаноязычная община. Джо Байден не набрал столько голосов, сколько он планировал, дабы сделать свою победу более убедительной, но он точно сумел мобилизовать своих сторонников лучше, нежели Хиллари Клинтон 4 годами ранее.

  2. Дональд Трамп явно улучшил свой результат по сравнению с 2016 годом. Прежде всего это касается провинциальных районов в традиционных республиканских цитаделях, где действующий президент упрочил свои позиции, выступая защитником «старой Америки» - сельской глубинки, которая повально за него голосовала. Это говорит нам о том, что коллективный «Трамп» никуда из американской политики не уйдёт. Более того, при определённых обстоятельствах, он даже способен взять реванш и укрепиться за следующие 4 года.

  3. Дональд Трамп незначительно просел в консервативных высокообразованных пригородах Среднего Запада. Именно здесь кроется один из ключевых факторов его поражения на выборах. Население пригородов больше предпочло Джо Байдена, а там, где лидировал Трамп, отрыв был не сильно большим. Это было явно видно по результатам голосования в окрестностях городов Детройт, Анн-Арбор и Миллуоки.

  4. Трамп также потерял часть поддержки среди некоторых групп верующих. Количество евангельских христиан, проголосовавших за Трампа и составляющих ядро его электората — 75% по итогам выборов. 4 года назад эта цифра была 81%. Большинство американских евреев (77%) и вовсе отдали голоса Джо Байдену, как сделали и большинство американских мусульман (64%). Голоса католиков, которые были очень важными на этих выборах, разделились поровну. Разница в цифрах может показаться несущественной, однако в условиях, когда между кандидатами минимальный разрыв, и Байден выигрывал с отрывом в несколько десятков тысяч голосов, именно такие факторы зачастую играли решающую роль. К примеру, крупнейшее снижение поддержки Трампа со стороны евангелистов зафиксировано в колеблющимся штате Мичиган, где Байден победил с отрывом в 150 тысяч голосов. Там же проживает и крупнейшая американская мусульманская община, отдавшая свои голоса за Байдена из-за дискриминационной, по их мнению, политики Трампа по отношению к мусульманам и исламскому миру.

  5. Пригороды обеспечили Байдену победу. Ставка демократов на почтовое голосование как способ мобилизовать электорат оказалась верной. Критика этого способа голосования со стороны Трампа привела к тому, что по почте в основном голосовали сторонники демократов. В этом году количество поданных голосов по почте побило все исторические рекорды и достигло 100 миллионов человек, а это около 40% от общего количества избирателей. Получалось, что большая часть прибывших позже бюллетеней по почте были голосами в пользу Байдена — из пригородов Филадельфии, Детройта, Миллуоки, Скрэнтона, Лас-Вегаса и Атланты.

  6. Выборы в Конгресс стали разочарованием для демократов. Сенат пока что остаётся под контролем республиканцев. Демократы не сумели отвоевать 4 места, чтобы отобрать у своих оппонентов большинство. Палата представителей, хоть и осталась за демократами, но их позиции там увеличились совсем незначительно, а республиканцы даже немного нарастили своё влияние. Конгресс станет ещё более непостоянным и нестабильным, и останется глубоко разделённым идеологически и политически. Безусловно, надо дождаться января 2021 года, когда в двух округах Джорджии пройдут специальные выборы в Сенат. Если демократы победят, то возьмут Сенат под свой контроль.

  7. Глубинное государство в США явно в едином порыве мобилизовалось против Дональда Трампа, который в 2016 году объявил против них крестовый поход с лёгкой подачи своего тогдашнего стратега и идеолога Стивена Бэннона, презрительно назвавшего американский дип-стейт «вашингтонским болотом». Сам Бэннон, к слову, под конец выборов получил пожизненный бан в Twitter за то, что предложил обезглавить некоторых государственных чиновников за якобы фальсификации на выборах. Иски штаба Трампа методично отвергались в судах, Twitter ограничивал посты Трампа, и даже Республиканская партия не решилась полностью встать на сторону своего президента. Всё это засвидетельствовало крах попыток Трампа переломать хребет глубинному государству. В итоге, против него ополчились все.

    Популярные статьи сейчас

    Украинцам ответили, кто должен платить за проверку счетчика газа

    Vodafone подарит абонентам по 5 Гб мобильного интернета

    У Путина ответили на идею Данилова об обмене Медвечука на украинцев

    NBC News: Донбасс оказался на грани экологической катастрофы

    Показать еще
  8. Выборы засвидетельствовали серьёзный кризис доверия в США и углубление политико-идеологического раскола. Хоть Джо Байден и победил, результат всё равно показал раскол американцев на два враждующих лагеря. Новый президент будет иметь половинчатую легитимность, так как ядро республиканского электората его не признает, в том числе благодаря активной кампании Трампа, который сделал всё, чтобы бросить тень на победу Байдена и его легитимность, тем самым усугубив идеологическое противостояние в американском обществе.

Штат

Разрыв между кандидатами (2016)

Разрыв между кандидатами (2020)

Округи

Мичиган

10 704

154 188

Голосовало в 2016: 4 720 518

Голосовало в 2020: 5 453 892

Дональд Трамп потерял поддержку в нескольких округах на юге штата (Кент, Сагино, Лиланау), ключевыми стали голоса демократов вокруг Детройта.

Северная Каролина

173 315

74 481

Голосовало в 2016: 4 682 893

Голосовало в 2020: 5 443 065

Дональд Трамп потерял округ Скотлэнд, ключевыми стали голоса демократов в округах Дарэм, Чатэм, Орандж и Уэйк.

Висконсин

22 748

20 608

Голосовало в 2016: 2 894 494

Голосовало в 2020: 3 240 738

Байден отыграл один пригород Мэдисона — округ Саук.

Пенсильвания

44 292

181 660

Голосовало в 2016:6 043 889
Голосовало в 2020: 6 838 186

Байден отыграл округи Норсемптон и Эри, в целом набрал на 2-4% больше, чем Клинтон везде, а Трамп либо на месте, либо просел, а также огромная победа вокруг Филадельфии и Питтсбурга.

Джорджия

211 141

11 779

Голосовало в 2016: 4 092 372

Голосовало в 2020: 4 935 487

Дональд Трамп потерял часть поддержки в своих округах на 0,5%-2%, а Байден набрал больше чем Клинтон на 3-5% в пригородах Атланты.

Дональд Трамп также потерял голоса в округе Клэйтон — родном для покойного сенатора Джона Льюиса.

Невада

27 202

33 596

Голосовало в 2016: 1 088 702

Голосовало в 2020: 1 373 376

Байден набрал на 5% и 1% больше в двух синих округах Вашо и Лас-Вегас, чем Клинтон. Дональд Трамп набрал больше на 1%, чем в 2016.

Аризона

91 234

10 457

Голосовало в 2016: 2 519 895

Голосовало в 2020: 3 333 829

Байден победил в Финиксе, набрав больше на 5-8%, чем Клинтон в 2016-м.

Дональд Трамп критиковал Джона МакКейна, из-за чего потерял часть голосов Финикса.

Внешняя политика администрации Байдена: общие контуры

Стоит сразу отметить, что политика Джо Байдена не будет постоянной и устойчивой. Ещё на этапе выборов было ясно, что его команда состоит из большого количества людей с, порой, совершенно разными взглядами на международные отношения и подходы к формированию внешней политики.

Соответственно, многие вопросы у Байдена остаются в статусе «подвешенных в воздухе», разрывающиеся между желаниями умеренных центристов, которых представляет Байден, левым крылом молодых демократов, которых представляет Камала Харрис, и остальными группами, влияющими на повестку избранного президента США: правозащитники, представители меньшинств, борцы с расизмом, пацифисты и т. д.

Безусловно, общие контуры его внешней политики можно обозначить уже сейчас. В отличие от Дональда Трампа с его эгоистичным бизнес подходом к международным отношениям и тяготением к двустороннему формату взаимодействия, Джо Байден является последователем многостороннего подхода с опорой на коллективные действия, внешние союзы и казавшиеся Трампу абстрактными категории доверия, общих ценностей и принципов.

США постепенно проваливаются во внутреннюю повестку по мере накопления проблем, связанных с региональными экономическими дисбалансами, кризисом национальной идентичности, идеологическим обострением, политической поляризацией и эрозией общественного договора.

Это вынуждает новую администрацию, при любых раскладах, больше времени и ресурсов выделять именно для внутренних целей: на потребности национальной экономики, стабилизацию госфинансов, преодоление последствий пандемии COVID-19, обновление инфраструктуры, развитие энергетики и транспорта, корректировки своей социальной политики, особенно в сфере образования и здравоохранения.

Таким образом, и внешняя политика Джо Байдена при всей его приверженности многосторонней дипломатии и открытости, с высокой долей вероятности будет базироваться на национальных интересах, связанных с внутренними проблемами в США, спрос на которые резко вырос за последний год. Таких «трэков», составляющих приоритет Байдена, я вижу как минимум шесть:

  • Борьба с коронавирусом. Завершение испытаний вакцины против коронавируса, начало её массового производства и распространения. Введение сбалансированных ограничительных мер для сдерживания эпидемии. Создание комплексного плана по глобальной борьбе с пандемией и, в идеале, занятие в нём лидерских позиций на основе коллективного подхода через стран-союзников и международные организации, включая ВОЗ. Развитие биотехнологий, улучшение эффективности системы здравоохранения и обеспечение доступа к медицинским услугам.

  • Ре-конфигурация экономики. Ставка на средний класс и его поддержку, создание 10 млн рабочих мест в рамках программ по созданию «зелёной энергетики», упор на крупные инфраструктурные проекты, увеличение минималки и инвестирование в образование.

  • Равенство и расизм. Оформление нового концепта общественного договора, решающего вопросы равенства прав и единства. Реформа правоохранительной системы и системы юстиции. Ре-консолидация сторонников либеральных ценностей и закрепление их в основе американской политической системы, особенно с учётом сохраняющей популярность у половины американцев идеологии Дональда Трампа, которая будет лишь усиливаться по мере старения нации, ускорения автоматизации производства и наращивания конфронтации внутри американского общества по вопросам расы, веры, языка, национальности, отношения к государству и внешнему миру.

  • Иммиграция. Отмена анти-иммиграционных норм, принятых во времена Дональда Трампа, считающихся дискриминационными. Создание плана стимулирования иммиграции и урегулирование юридических споров относительно детей мигрантов и нелегалов. Поиск баланса между поощрением принятия иммигрантов и поддержки собственных граждан.

  • Защита окружающей среды. Создание комплексного плана развития «зелёной энергетики» на ближайшие 20 лет. Уменьшение выбросов углекислого газа в атмосферу к 2030 году до минимума. Выделение значительных средств на развитие возобновляемых источников энергии. Поднятие на знамя климатической повестки и попытка её возглавить на международной арене, грамотно «вписываясь» в европейскую инициативу «Green Deal».

  • Доверие и единство. Попытка заново связать Америку на основе новой инновационной инфраструктуры и логистики, усилить своё политическое влияние в регионах, сглаживание социально-экономических дисбалансов и восстановление доверия к государственной системе, в том числе через реформы ключевых органов, таких как Минюст и полиция.

  • Внешняя торговля. Поиск баланса между необходимостью принять ограниченные протекционистские меры для защиты рынка в условиях мировой турбулентности и минимизации ущерба, нанесённого своим союзникам за рубежом из-за торговых войн Трампа. Продолжение и усложнение торгово-экономического и технологического противостояния с Китаем, но на базе коллективных действий и многосторонней дипломатии. Выход на тактические договорённости с КНР и ЕС по внешней торговле, отмена части импортных пошлин, возобновление работы ВТО, которая была блокирована Трампом на протяжении последнего года.

  • Безопасность критической инфраструктуры. Развитие сферы кибербезопасности из-за нарастающих внешних угроз в Интернет-пространстве и медиа. Программы поддержки энергетической безопасности США, расширение рынков сбыта и обеспечение бесперебойного экспорта энергоресурсов для сохранения самодостаточности и стабильности своего энергетического сектора.

Если говорить общими словами, внешняя политика Джо Байдена будет проистекать из необходимости урегулировать внутренние разногласия в обществе, дабы не допускать гражданского конфликта в США, желания консолидировать имеющиеся ресурсы и сохранить лидерство в мире в условиях турбулентности и кризиса, а также из особенностей подхода Байдена к международным отношениям.

Как я уже говорил, в отличие от Дональда Трампа, который делал ставку на циничный прагматизм, узкое понимание национальных интересов, бесконтрольное использование индивидуальных преимуществ Штатов в двустороннем формате взаимодействия с другими странами и на право силы, у Байдена несколько иные взгляды.

Он будет президентом, который попытается вернуть «нормальность» в международные отношения, как её видят его сторонники: многосторонность, ценносно-ориентированный подход, упор на дипломатию и внешние альянсы.

Вице-президент Джо Байден и тогда ещё принц Сальман бин Абдель-Азиз, Эр-Рияд, 2011 год. ФОТО: Reuters.

Внешняя политика Джо Байдена: региональный уровень

На практике, я бы выделил несколько важных процессов, которые станут приоритетными во внешней политике Байдена на региональном уровне.

На Ближнем Востоке США вряд ли изменят общий курс своей политики. При Байдене продолжится процесс постепенного ухода Штатов из региона и передачи части своих функций на аутсорс региональным союзникам. Ключевые отличия политики Байдена от Трампа будут видны на саудовском, иранском и израилько-палестинском направлениях.

Ожидается, что администрация Джо Байдена возьмётся за пересмотр своих отношений с Саудовской Аравией. На протяжении последних 4 лет демократы критично отзывались о наследном принце Саудии Мухаммеде бин Сальмане, главным образом из-за войны в Йемене, которая портит имидж Штатов, и убийства Джамаля Хашогджи в 2018 году. При Трампе правящие в Эр-Рияде силы чувствовали себя довольно спокойно и безопасно. После скандала с убийством Хашогджи в Стамбуле, администрация Трампа фактически встала на защиту принца Мухаммеда и сделала всё, чтобы это дело было спущено на тормоза на международном уровне.

Трамп дважды ветировал резолюции Конгресса о прекращении поддержки Саудовской Аравии в их конфликте против про-иранских хуситов в Йемене. А скандал с предположительной передачей саудовцам неких ядерных технологий был успешно купирован командой Трампа, вопреки призывам демократов расследовать эти данные. Официальный Эр-Рияд имел практически неограниченный доступ к президенту США — через своего посла в Вашингтоне и саудовских друзей его зятя Джареда Кушнера, одним из которых является сам принц Мухаммед бин Сальман.

С приходом Джо Байдена это изменится. Саудовцы опасаются, что потеряют роль исключительного стратегического союзника Штатов в регионе, и могут даже лишиться поддержки в ключевых вопросах, на которые так или иначе завязана репутация и политическая легитимность принца Мухаммеда — война в Йемене, убийство Джамаля Хашогджи, преследование диссидентов, нарушения прав человека на фоне демонстрации прогрессивных реформ в рамках «Видения 2030». Кроме того, предположительное ослабление политических позиций Саудовской Аравии после прихода Байдена в Белый Дом может усилить соперников Эр-Рияда в регионе, добивающихся такой же роли «любимой жены» - Катара и ОАЭ.

Поэтому неудивительно, что в декабре 2020 года руководство Саудовской Аравии изменило тактику, и начало проводить активную политику миротворца, дабы сблизиться с новой командой Байдена.

Они не стали открыто критиковать намерения избранного президента возобновить переговоры с Ираном, начали процесс постепенной нормализации отношений с Катаром, которая может завершить кризис, возникший в 2016 году. В начале декабря саудовцы инициировали новое перемирие с йеменскими хуситами, и провели обмен пленными. В середине месяца договорились о примирении с про-эмиратскими сепаратистами на юге и сформировали новое правительство, которое может открыть путь к началу политического процесса урегулирования конфликта, как того и хочет Байден.

Принц Мухаммед бин Сальман, намеревающийся в скором времени сесть на трон, не собирается просто сдаваться, и хочет оградить себя от проблем, которые может принести с собой новая администрация в США.

Дабы минимизировать политическое давление со стороны Вашингтона, принц и его команда пытаются подготовить максимально приятную для Байдена атмосферу на Ближнем Востоке, когда он зайдёт в Белый Дом, так, чтобы позволить президенту США завершить пару конфликтов, поднять на этом свой рейтинг и выполнить свои предвыборные обещания без особого ущерба для саудовских элит.

22 декабря стало известно, что Саудовская Аравия наняла новых лоббистов в США, чтобы, пользуясь последними днями президентства Трампа, выбить для принца Мухаммеда юридическую неприкосновенность в рамках дела, возбуждённого по иску бывшего сотрудника саудовской разведки Саада аль-Джабри, который утверждает, что принц хотел его убить сразу после ликвидации Джамаля Хашогджи, который, к слову, тоже работал в спецслужбах королевства.

Вице-президент Джо Байден и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, Иерусалим, 2010 год. ФОТО: GPO.

На израильско-палестинском направлении также ожидается некая смена парадигмы. Хотя Джо Байден и заявил, что не станет отменять решения, принятые при Трампе, он дал понять, что политика Вашингтона на этом направлении не будет выполнением всех хотелок Нетаньяху, как это было в последние годы. Байден планирует вести более сбалансированную и умеренную политику по отношению к израильско-палестинскому конфликту.

Разумеется, посольство США в Иерусалиме никто трогать не станет, но возможно открытие американского консульства в Восточном Иерусалиме для установления контакта с Палестинской автономией. Кроме того, Байден будет более критично относится к израильской поселенческой политике на оккупированных землях, что свяжет руки Нетаньяху и его команде, бесконтрольно занимавшейся строительством и расширением поселений при республиканцах.

К тому же, об аннексии Западного берега в соответствии с планом Трампа «Сделка Века» можно будет забыть. Безусловно, для палестинцев и израильской левой оппозиции это хорошие новости, тогда как для правых сионистов и Нетаньяху приход Байдена может стать проблемой, и будет вынуждать постоянно торговаться и договариваться, сужая поле манёвров израильскому премьеру, который и так находится под прессингом из-за экономических трудностей и нестабильности правящей коалиции. Раньше его спасал Трамп, но после января 2021 года всё изменится.

Новая администрация, скорее всего, возобновит финансирование международных структур ООН и палестинских гуманитарных организаций, занимающихся беженцами, поможет разблокировать деньги палестинцев в виде налогов, которые заморозил Израиль, снова откроет офисы Организации Освобождения Палестины (ООП) в США, а также может попробовать реанимировать переговорный процесс между израильтянами и палестинцами как минимум в области сотрудничества в вопросах безопасности. К тому же, после ожидаемого коллапса правящего в Израиле коалиционного правительства, будущее самого Биньямина Нетаньяху выглядит туманным. Новые досрочные выборы пройдут 23 марта.

Иран — ключевой пункт в предвыборной программе Байдена, который активно поднимался на практически всех дебатах кандидатов. Демократы планируют постепенно вернуться к ядерному соглашению с Ираном и ослабить \ отменить санкции, введённые администрацией Трампа.

Протесты иранцев на 41-ю годовщину исламской революции, Тегеран, 2020 год. ФОТО: Reuters.

Байден последовательно критиковал «стратегию максимального давления» Вашингтона на Тегеран, утверждая, что она не сработала и только ухудшила ситуацию, предоставив иранцам возможность действовать более развязно и возобновить ядерную программу.

Проблема подхода Байдена состоит в том, что от Ирана будет требоваться вернуться к своим обязательствам по ядерному соглашению 2015 года. Однако в самом Тегеране правление Трампа не прошло бесследно.

За последние 2 года после одностороннего выхода Штатов из СВПД, в Иране резко усилились силовики и консерваторы, а доверие к Штатам как к субъекту переговоров очень сильно подорвано. Иранцы осторожно комментируют вероятность сотрудничества с Байденом по ядерному вопросу. Они не уверены, насколько можно доверять новой администрации, и не «кинут» ли их снова, когда в Вашингтоне подует другой политический ветер.

К тому же, ослабленное умеренно-реформистское крыло во главе с президентом Хасаном Роухани имеет меньше возможностей принимать решения такого характера, чем до 2018 года. Хотя верховный аятолла Ирана Али Хаменеи и дал добро на начало переговоров с США, общая атмосфера в Тегеране — скептическая.

Тем не менее, подход Байдена по Ирану предполагает фактическую постепенную нормализацию отношений с Исламской республикой, сопровождаемую региональной де-эскалацией. А это повлияет на целый ряд стран, где пересекаются интересы США, Ирана, Израиля и аравийских монархий Залива — Ирак, Сирия, Ливан, Йемен, Палестина. Те же саудовцы и израильтяне опасаются администрации Байдена именно из-за его мягкого, как они считают, подхода к иранской угрозе. Это может подтолкнуть их даже к военной эскалации, если они поймут, что Байден настроен повернуть вспять все решения Трампа по санкционному и военно-политическому давлению, обрушивая таким образом выстраиваемые механизмы сдерживания Ирана в ключевых регионах.

Стоит отдельно отметить, что с высокой вероятностью, при Байдене усилиться критика США в сторону Турции, увеличится поддержка «курдского политического проекта» в Сирии и Ираке как способ балансировать влияние арабов и иранцев, уменьшится однозначная поддержка Вашингтоном Египта, могут немного улучшится отношения США с «Братьями-мусульманами» через Катар и Тунис. Администрация Байдена не станет держаться за военной присутствие США в Афганистане, и завершит начатый Трампом вывод войск из этой страны, поскольку сама идея довольно популярная среди населения, а причин держать там силы больше нет, особенно после подписания мирного соглашения с «Талибаном» в 2020 году.

Джо Байден считается более жёстким в отношении России. По крайней мере, его публичная риторика действительно была такой, что позволило многим утверждать, будто бы приход Байдена создаст для РФ ещё больше проблем. Однако есть несколько важных нюансов.

Во-первых, нельзя сказать, что Дональд Трамп был совсем уж мягким по отношению к России. Он ввёл множество новых санкций против РФ. Да, не большая их часть существенно изменить ситуацию не способны, но и при Байдене вряд ли получится чего-то добиться только лишь повторением действий Трампа, но с более острой и открытой критикой.

Вице-президент Джо Байден и президент РФ Владимир Путин. ФОТО: ТАСС

Во-вторых, Джо Байден никогда не отвергал вероятность переговоров с Россией по вопросам стратегической безопасности, где без РФ решать что-либо трудно: европейская безопасность, система контроля за вооружениями, ядерное нераспространение, стабильность Центральной Азии и Кавказа, отношения с Китаем.

В-третьих, геополитическая угроза РФ для США хоть и признаётся в Вашингтоне, но всё же уступает по важности соперничеству с КНР. Для американского истеблишмента, и в этом они все согласны, Китай — гораздо большая угроза, чем Россия, и с Москвой лучше держать контакт, дабы не допустить сближения с Пекином.

В-четвёртых, Россия нужна Байдену как минимум для решения нескольких очень важных вопросов регионального характера, начиная от кризиса в Беларуси и стабилизации Южного Кавказа, заканчивая урегулированием конфликта в Сирии, ядерными переговорами с Ираном и борьбой с терроризмом на Ближнем Востоке.

Таким образом, нельзя сказать, что при Байдене российская политика США будет чем-то совсем сильно отличаться от той, которая была при республиканцах. Американско-российские отношения точно не станут лучше. Вполне возможно, что США введут новые санкции, будут активнее критиковать Москву по разным поводам, ужесточат публичную риторику, увеличат помощь странам-партнёрам и НАТО в противовес российскому влиянию.

Однако глобально это не изменит баланса сил, разве что Штаты решат перейти к более практическим действиям на кризисных площадках, где их интересы пересекаются с российскими: Украина, Беларусь, Турция, Сирия, Ливия, Венесуэла и т. д. Мне же кажется, что у США нет особого желания глубже лезть в эти конфликты. К тому же, на стороне Байдена — та часть общественности, которая активно критиковала Трампа именно за его хаотичность, склонность переходить к силовым действиям, грубость и радикализм.

Скорее всего, Байден захочет переосмыслить санкционную политику против РФ, интегрируя её в более целостный план. В команде Байдена немало советников и доверенных лиц, которые ратуют за сохранение жёсткого курса по отношению к РФ, в частности в санкционной политике. Вполне вероятно, что они будут проталкивать решение о запрете российским банкам проводить долларовые транзакции или наложить санкции на российский суверенный долг.

В любом случае, в Конгрессе уже лежат два законопроекта — это DETER и DASKA, относящиеся к предполагаемому вмешательству РФ в выборы в Штатах в 2016 году и все последующие возможные попытки вмешаться. Эти пакеты санкций, а также ограничения против «Северного потока-2» администрация Байдена использует для торгов с Россией и давления, показывая, что новая администрация ничуть не хуже старой, которую они критиковали за якобы связи с русскими и недостаточно жёсткую реакцию на поведение Кремля.

Интересным образом будут развиваться отношения США с Евросоюзом. Министр иностранных дел Германии Хайко Маас, президент Франк-Вальтер Штайнмайер и канцлер Ангела Меркель неоднократно заявляли, что былое время крепкого трансатлантического союза прошло, и отношения с США уже не будут такими, какими были до Трампа. В Берлине прекрасно осознают, что центр мирового внимания смещается из Европы в Азию, и это не изменить.

По мнению немецких политиков, отношения со Штатами должны строиться на прагматизме и партнёрстве, но от американского зонтика безопасности предстоит избавиться. 4 года правления Дональда Трампа привели к резкому возрастанию популярности идей автономизации внешней политики Европы от США. Двигателем этих процессов выступают как раз Германия и Франция.

Дональд Трамп не только показал европейцам, что американский зонтик безопасности — не вечный, но и продемонстрировал, что идея уменьшения затрат Штатов на европейскую безопасность — вполне популярна среди как минимум половины американских избирателей.

А всё большая склонность США использовать свои преимущества и эксклюзивные инструменты международной финансовой системы, такие как односторонние экстерриториальные санкции или торговые ограничения, для достижения сугубо своих целей, лишь убедили ЕС в том, что США превращаются в обычную империю, а не ответственного гегемона, о котором они мечтали после завершения «холодной войны». В этой связи, приход Байдена в Белый Дом мало что меняет.

Тактически, это хорошие новости, поскольку в трансатлантических отношениях очевидно будет меньше непредсказуемости и хаоса. Однако нет никаких гарантий того, что через 4 года к власти снова придёт президент, который захочет пересмотреть свою политику на европейском континенте.

В любом случае, отношения между Европой и США не будут прежними, несмотря на победу Джо Байдена. Курс франко-немецких элит на стратегическую автономизацию ЕС от США будет сохранен. Для Штатов единственный вопрос — хотят ли они в этом поучаствовать, чтобы не терять связи с Европейским Союзом и не проигрывать конкуренцию Китаю и РФ.

Из того, что мне удалось выудить из официальных заявлений о политике Байдена по Латинской Америке, можно сделать вывод, что базироваться она будет на нескольких направлениях: борьба с организованной преступностью, сдерживание нелегальной иммиграции и отношения с «проблемными» государствами — Венесуэлой, Кубой, Никарагуа.

Байден попытается расширить помощь Мексике в её борьбе с оргпреступностью, продвигать образовательные программы, чтобы и дальше выкачивать трудовые ресурсы, расширяя электоральную базу испаноязычных избирателей в юго-западных штатах, повторяя успех Аризоны на последних выборах. У Дональда Трампа сложились неплохие отношения с левым президентом Мексики Андресом Мануэлем Лопесом Обрадором. Байдену необходимо будет сделать тоже самое.

Не исключено, что администрация Байдена пойдёт по стопам Обамы, и возродит политику нормализации отношений США с Кубой, как раз когда там происходит внутренний политический транзит.

Относительно Венесуэлы администрация Байдена должна ответить на один вопрос: что делать дальше с Хуаном Гуайдо? Трамп явно провалил свою попытку свергнуть Николаса Мадуро. Байден может либо продолжить эту политику, либо сменить тактику, либо прекратить поддержку Хуана Гуайдо. Что из этого выберет президент США — неизвестно.

Наконец, Джо Байден открыто говорил о намерении повернуть вспять политику Трампа по недопущению беженцев и мигрантов из стран Центральной Америки. Кроме отмены политики по разделению родителей и детей на границе, Байден намерен увеличить финансовую помощь странам Центральной Америки — Гватемале, Сальвадору и Гондурасу — до $ 4 млрд, намереваясь бороться с причинами, выталкивающими людей из своих домов в Штаты.

Китай станет краеугольным камнем внешней политики США. За последние 4 года отношения Вашингтона и Пекина перешли в открытое противостояние. Экономическая взаимозависимость двух стран сократилась. Либеральный мировой порядок умирает, во многом благодаря отторжению самих американцев, в то время, как коронавирусная пандемия лишь усилила эту тенденцию.

Поддержка этого самого порядка тает на глазах в ряде ключевых государств, а международные организации теряют способность гарантировать мир и выступать арбитром в спорах. В таких условиях всегда возрастает риск войны между глобальными игроками. Вряд ли в 2021 году Китай и США пойдут воевать друг с другом, однако их отношения обострятся.

Штаты будут пытаться давить на китайскую периферию в Гонконге, на Тайване, в Синцзяне, Тибете, на Корейском полуострове и в Южно-Китайском море. В отличие от Трампа, администрация Байдена будет делать ставку не на двустороннюю битву с КНР, а на выстраивание долгосрочных анти-китайских коалиций в разных регионах, чтобы окружить Китай и сломать ему планы в рамках глобальной инициативы «Один Пояс, Один Путь».

Администрация Джо Байдена постарается больше времени уделять странам Африки. За континент развернулась серьёзная борьба, и здесь пролегает один из главных фронтов противостояния Китаю.

Скорее всего, ставка будет делаться на уже существующих союзников США в Западной Африке, а также на попытки вернуть своё влияние в ключевых государствах — Эфиопии, ЮАР, Нигерии, Кении и Танзании.

В 2021 году Африку ожидают сразу несколько важнейших процессов, от которых будет зависеть региональная безопасность: всеобщие выборы в Ливии, федеральные выборы в Эфиопии, риск конфликта в Сомали, смена правительства в Судане, запуск работы дамбы «Возрождение» на Ниле, эскалация противостояния в ЦАР и Мали, ввод войск Африканского Союза в Мозамбик, выборы президента Уганды. Штатам важно участвовать в этих процессах, если они намерены вернуть инициативу в борьбе за Африку.

Внешняя политика Байдена: что будет с Украиной?

Ничего не будет. По моему мнению, существенных сдвигов в американско-украинских отношениях не предвидится. Разве что, мы сами этого захотим, и сами попробуем изменить ситуацию. Но для этого необходимо решить несколько важных проблем наших отношений с США, которые я описывал в данной статье в начале прошлого года:

  1. Несформулированность нашего функционала. Штаты не понимают, что такое Украина в разрезе международной политики, чего она хочет от окружающей среды, и какой функционал Украины в мировой системе.

  2. Неполноценность отношений. Взаимодействия с США у нас зациклены на одном лишь кластере безопасности — солидарная позиция по сдерживанию региональных амбиций РФ в Восточной Европе и на Чёрном море. США рассматривают Украину лишь через призму своей стратегии по РФ. Другие серьёзные направления сотрудничества (инвестиции, торговля, технологии, инфраструктура) у нас не развиты на достаточно высоком уровне.

  3. Закомплексованность информационной среды. В Украине боятся проводить политику, которая не согласуется с позицией США, даже когда от нас не требует ничего конкретного. Это порождает синдром несамостоятельности, из-за чего у нас возникают проблемы в выстраивании адекватной и равноценной коммуникации с Вашингтоном, которую невозможно перевести в деловое русло.

Вице-президент Джо Байден во время визита в Украину с президентом Петром Порошенко, Киев, 2017 год. ФОТО: AFP

При Трампе ключевой задачей Украины была способность показать себя эффективной и полезной страной. Причём, полезной не только для национальных интересов США, но и для интересов лично Дональда Трампа (вспоминаем скандал с импичментом).

При Байдене Украина должна будет не столько показывать свою эффективность в стиле «решалово», как доказывать, что мы — сильная, ответственная демократия, которая разделяет либеральные ценности. На мой взгляд, мы как раз сильнее в «решалове», нежели в изображении прогрессивно-либеральной демократии. Так что, коммуникация с Байденом может быть даже сложнее, чем общение с администрацией Трампа.

Одной из главных задач для Украины станет работа с истеблишментом и восстановление доверия после скандалов 2019-2020 годов. На это уйдёт как минимум полгода. Важно, чтобы официальный Киев работал не с одной какой-то партией, а именно с истеблишментом, от которого, в общем-то, и зависят наши отношения с Вашингтоном — это чиновники бюджетного комитета Конгресса, сотрудники Минэнергетики, эксперты по санкционным вопросам при Минторге и Казначействе США, руководство профильных комитетов Сената и Палаты по безопасности, обороне, разведке и инфраструктуре и т. д.

Для Украины главный вызов на американском направлении — это вовсе не Трамп или Байден, Пенс или Харрис, а способность вывести американско-украинские отношения из нынешних патрон-клиентских в деловое русло. Это вполне возможно, если в Киеве представят внятную инвестиционную политику, энергетическую повестку, собственное комплексное видение урегулирования конфликта с Россией и план по модернизации инфраструктуры с определённой ролью американских партнёров. Сегодня же, кажется, что и мы сами не понимаем, как дальше развивать наши отношения с США. Например, в Стратегии национальной безопасности Украины от сентября 2020 года США упоминаются шесть раз, и везде звучит одна и та же фраза одним предложением: «Розвиток стратегічних відносин зі Сполученими Штатами». Что это значит на практике, нигде не объясняется.

Безусловно, надо понимать, что отношения США и Украины вряд ли будут максимально всеохватывающими, как отношения США и Мексики или США и Канады. У нас не так много общего, как хотелось бы думать, да и Украине, на мой взгляд, не нужны эксклюзивно уникальные отношения с Вашингтоном во всех сферах подряд: достаточно стабильной, сбалансированной повестки для решения нескольких стратегических задач там, где Штаты могут в этом реально помочь, а не только лоббировать свои интересы в одну сторону. В целом, характер украинско-американских отношений не изменится. При любых раскладах в основе украинско-американских отношений останется асимметричное сотрудничество, поскольку возможности США и Украины несравнимы между собой.

Но даже на развитие такого среднего уровня отношений уйдут годы. Именно поэтому я и написал, что важно работать с истеблишментом в долгую, а не с конкретными политиками по принципу «здесь и сейчас». Это огромное заблуждение считать, что пока какая-то администрация сидит 4 года в Белом Доме, надо попробовать «урвать кусок», пока это возможно. К тому же, Штаты проваливаются во внутреннюю повестку, и этот процесс не остановить, что является лишним аргументом в пользу диверсификации внешней политики и отказа от идеи делать ставку лишь на один какой-то внешнеполитический вектор.

Поскольку США при Байдене будут делать ставку на региональные коалиции и союзников, у Украины появляется шанс включиться в несколько важных региональных проектов. Но для этого необходимо выстраивать отношения не только непосредственно с Вашингтоном, но и с их региональными союзниками, ценность которых при Байдене вырастет. В первую очередь, нам будет интересна вероятная активизация проекта «Трёхморья» при участии стран «Вышеградской четвёрки», с которыми у нас, я напомню, не самые лучшие отношения в последние годы. Так что, для Украины путь к стабильным отношениям с США проходит не так через Вашингтон, как и через Бухарест, Варшаву, Будапешт, Вильнюс, Ригу, Братиславу.

С момента написания моей статьи об Украине и США прошёл почти год. К сожалению, украинские власти не удосужились как-то изменить статус-кво в отношениях с США. Они были стабильно-пассивными.

Мы не лишились двухпартийной поддержки в Конгрессе и в НАТО, и это уже хорошо. Но меня беспокоит, что публичная риторика и политическая коммуникация Киева с Вашингтоном практически не изменилась после выборов в 2019 году. Президент Владимир Зеленский вместо того, чтобы создавать новые смыслы, продолжает спекулировать на лозунгах, категориях и чувствах многолетней давности, используя риторику 2014-2015 годов.

Но на дворе 2021-й год, и разговоры о том, что проводить реформы и бороться с коррупцией нам мешают враги повсюду уже не актуально, и не воспринимается всерьёз на Западе. Так что, впереди - долгий, тернистый путь к формированию новой повестки и новых смыслов. В противном случае, даже позитивные события на мировой арене не окажут на нас благотворного влияния, поскольку мы не будем знать, как этим воспользоваться.

Если понравилась статья, подписывайтесь на Facebook-страничку и телеграмм-канал автора, а также поддержите деньгой на Патреоне.

Беседа Юрия Романенко и Илии Куса по вызовам перед Байденом.

Подписывайтесь на канал «Хвилі» в Telegram, на канал «Хвилі» в Youtube, страницу «Хвилі» в Facebook.